Николай Гоголь. Изображение с сайта catacomb.org.ua
  • 06-04-2009 (13:04)

Партбилет для Тараса

Каждая власть выбирает своего Гоголя

update: 06-04-2009 (13:07)

Две основные темы доминировали в российском телевизионном эфире на первой неделе апреля. Это двухсотлетие великого Гоголя и чрезвычайный съезд Союза кинематографистов России. Казалось бы, между ними не должно было быть ничего общего. На самом же деле они тесно переплетались, образуя совершенно невероятные сочетания в духе фантасмагорий, выходивших два века назад из-под пера юбиляра.

Полагаю, что главным открытием недели стал фильм Леонида Парфенова "Птица-Гоголь", показанный в течение двух вечеров на Первом канале. Парфенову удалось почти невозможное. За два с небольшим часа экранного времени он сумел убедительно рассказать и качественно показать, почему же, собственно, Николай Васильевич Гоголь вот уже без малого два столетия по праву носит звание великого русского писателя.

Кстати, национальной составляющей в творчестве Гоголя авторы фильма тоже дали вполне конкретное определение. Парфенов назвал Гоголя "украинским классиком русской литературы", пояснив, что Николай Васильевич являлся этническим украинцем с польскими корнями, но все свои великие произведения писал исключительно по-русски. Думаю, что после такой формулировки мало у кого из чрезмерно ретивых патриотов останется желание "делить" писателя и запирать его в какой-то одной "национальной комнатушке" нашей общей коммуналки.

О взаимоотношениях Гоголя с властью Леонид Парфенов говорил относительно немного. Лишь в конце второго фильма, рассказывая о возросшем интересе к творчеству писателя в советские годы, он обмолвился, сказав, что у власти – свой Гоголь.

Смотрите также
Реклама
Справки
Реклама
НОВОСТИ
Реклама

Можно сказать, что эта фраза иносказательно легла в основу фильма "Гоголь и ляхи", показанного в день юбилея на канале НТВ (авторы: Ольга Демина и Сергей Краус). Несмотря на громкое и в чем-то даже провокационное название, о "ляхах" в фильме говорилось постольку-поскольку. Правильнее было бы назвать его "Гоголь и власть". Впрочем, авторам, конечно, виднее.

Как бы то ни было, зрители увидели, что

у каждой власти действительно существовал "свой" Гоголь, иногда не имеющий ничего общего с реальным обликом писателя и его творчеством.

Так, советским властям совершенно не нужен был Гоголь-поэт, Гоголь-лирик, да и вообще Гоголь-художник. По многочисленным свидетельствам очевидцев, Иосифу Сталину был необходим Гоголь-патриот и Гоголь-государственник. Причем не просто государственник, но непременно склоняющий голову перед величием верховной власти. Недаром современники грустно шутили по поводу замены на Гоголевском бульваре гениального памятника работы скульптора Андреева на истукана, выполненного Томским. Они говорили, что, когда Сталин пожелал, Гоголю пришлось встать, намекая на то, что памятник Томского выполнен в полный рост.

Кстати, наверное, неслучайно и то, что нынешние "государственники" в лице, например, реставратора Савелия Ямщикова тоже не жалуют приземленного и задумчивого Гоголя работы Андреева. Господин Ямщиков посчитал, что скульптура работы Томского оказалась вполне уместной для размещения на престижной Арбатской площади.

К мнению Савелия Ямщикова, правда, высказанному по другому вопросу, мы еще сегодня обратимся. Пока же вернемся к тому, как творчество Гоголя понимал и воспринимал Сталин. По сведениям авторов фильма "Гоголь и ляхи", вождю нравилась повесть "Тарас Бульба" как произведение, раскрывающее суть общинного патриотизма. Сама же Запорожская Сечь представлялась ему не иначе как показательная модель "средневекового коммунизма", то есть почти что образец для подражания. Вероятно, в таком раскладе полковник Тарас Бульба по должности и званию был кем-то вроде секретаря райкома. Только без партбилета.

Правда, исследователи и литературоведы не согласны с такой оценкой повести. Большинство считает ее великим драматическим произведением, повествующим о личной трагедии яркой, но необузданной личности. Но власти ни тогда, ни сейчас не было и нет дела до оценок литературоведов и мнения читателей.

Власть взяла "на вооружение" действительно "своего" Гоголя, зачастую существующего только в ее воображении. Причем сделала это как-то совсем уже "по-гоголевски".

То есть оказалась в роли потенциальной мишени уже Гоголя-сатирика.

Действительно, как нам не хватало Гоголя, чтобы описать все, творившееся на чрезвычайном съезде Союза кинематографистов и вокруг него! Многие участники съезда особенно из числа сторонников нового-старого руководителя Союза говорили словами гоголевских персонажей.

Так, в программе "Народ хочет знать" (канал "ТВ Центр"), посвященной как раз расколу в Союзе кинематографистов, политолог Александр Ципко сказал о том, как ему нравится лицо Никиты Михалкова, и что он видит в нем "отражение чувства собственного достоинства". Режиссер Владимир Хотиненко просто ввел гостей и зрителей в заблуждение, заявив, что никто, кроме Никиты Михалкова, и не соглашался возглавить Союз. Правда, он тут же поправился и сказал, что если бы такой смельчак и объявился, то за него все равно никто бы не проголосовал. Упоминавшийся сегодня Савелий Ямщиков, также выступавший на стороне Никиты Михалкова, сказал, что

Союз кинематографистов будет сильным только тогда, когда будет опираться на поддержку государства. Отмечу мимоходом, что

подобное взаимодействие противоречит самой сути общественной организации и превращает ее в рядовой департамент аппарата правительства.

Но ярче всех выступила Ирина Мирошниченко. Отрывок из ее речи прозвучал в информационном сюжете программы "Неделя" (канал РЕН ТВ). Известная актриса изумленно спросила, кто дал право так называемым оппозиционерам ставить под сомнение авторитет Никиты Михалкова, являющего настоящим духовным лидером?

"Духовный лидер" с такой оценкой своей персоны согласился. В программе Киры Прошутинской он сказал, что Союз кинематографистов (а в перспективе и Россию) пытается разрушить изнутри "пятая колонна", но ей это сделать не удастся, поскольку "лидеру" силы дает Бог. Также Михалков причислил себя к профессии, суть которой – "Родину защищать". Подтверждая правоту своих слов, Никита Сергеевич несколько минут спустя осенил себя крестным знамением.

Вам это ничего не напоминает? Не кажется ли вам, что безудержные славословия напоминают столь же пышные хвалебные речи подчиненных в адрес известного Городничего? Да и злобный разнос, учиненный председателем своим оппонентам, очень уж похож на угрозы, что обрушил тот же Городничий на тех, кто осмелился на него пожаловаться. О показной и совершенно неуместной в публичном эфире набожности я даже не говорю.

Все это позволило авторам сюжета в программе "Неделя" иронично заметить, что Союз воскрес и теперь находится под присмотром церкви и пастыря. Можно также добавить, что не осталось в стороне и столь любимое послушным большинством съезда государство. После многочисленных и настойчивых просьб оно теперь будет просто обязано взять под заботливое крыло непутевых и непрактичных кинематографистов.

Правда, на этом Союзу, как общественной организации, настанет конец. Но соискателей миллионных бюджетов это, похоже, совсем не волнует.

Юрий Гладыш

Вы можете оставить свои комментарии здесь

Ошибка в тексте? Выделите ее мышкой и нажмите Ctrl + Enter
Реклама
Реклама
Реклама
Реклама
Реклама
Загрузка...